язык журнала
Героизм и Восстание в Египетской Народной Совести: Адхам аль-Шаркави в Качестве Модели
Героизм и Восстание в Египетской Народной Совести: Адхам аль-Шаркави в Качестве Модели
Номер журнала 50

Проф. Мурси Аль-Сайед Мурси Аль-Саббаг

 

Резюме

Переводил с Арабского: Проф. Ноаман аль-Мусауи

Адхам аль-Шаркави является героическим символом восстания против того, что было негативно в его обществе, когда его дядя был несправедливо убит и он отомстил за это убийство, а затем был в глазах официального закона преступником, и мятежником против закона, за исключением того, что народная совесть сочувствовала ему и шла с ним курсом, которым он сумел разрушить реальность несправедливости, притеснения и рабства, которые были широко известны в египетском обществе в конце девятнадцатого века.  

И, безусловно, заметно, что сама версия официальных властей  целиком противоречит популярному повествованию о прошедшем. Согласно последней версии, как только Адхам узнал, что его дядя был убит, он обвинил в этом правительство и сразу поднял свое дело, чтобы мстить колониальному правительству и его местним союзникам.

Кроме того, Адхам аль-Шаркави вовсе не был идеальной личностью, чей характер всегда характеризуется благородством и величием, а был обычной человеческой фигурой, которая колеблется в своих действиях между правильным поведением и заблуждением. Скорее, присущий ему признак героизма вызывает у людей дух сострадания и заставляет их проявить симпатию к его патриотизму.   

И вот так разворачиваются события, и Адхам был арестован и приговорен к смертной казни, но жители заплатили сто египетских фунтов и преобразовали смертный приговор в семилетнюю тюрьму, но он сбежал из тюрьмы, и власти потребовали его ареста, мертвого или живого. Это правда, что он встретил убийцу в тюрьме и убил его, но это не положило конец делу, и после его побега, он убил зятя министра вакуфов «авкафа», запустив тем самым серию сражений, которые закончились только с убийством самого Адхама после того, как был организован заговор со стороны полиции, чтобы убить его, т.е., согласно правительственному повествованию, это наемная работа  полицейского человека, а согласно популярной версии – это, на самом деле, акт друга-предателя. В обоих случаях, указание ясно: убийца из самого народа, он выполняет приказы врагов народа. Это очевидное предательство, где друг-предатель приравняется предателю из полиции.  

        Таким образом, нам становится ясно официальное искажение образа героя, которое проводилось под общим надзирательством  британского верховного комиссара в Египте в то время, что было схвачено газетами, лояльными власти, и некоторыми рассказчиками истории, которые утверждали, что Адхам крал у богатых и раздавал бедным. Это было частью демонизации персонажа, о чем Арабский философ Ибн Халдун ранее предупреждал в своем «Введении», где он отметил, что «Выдающиеся историки впитали дневные новости, собрали, поместили их на страницах книг и давали их на хранение, а злоумышленники смешали их с интригами лжи, в которых они заблуждались или которые они сами творили и затем они их нам прислали. Они явно не замечали и не соблюдали причины фактов и условий и вовсе не отвергали нелепости, выдумки и чепуху».